21.10.2017

Готика в Чехии. Архитектура, дизайн интерьера, скульптура, живопись. Часть 3

Сам факт становления национального самосознания был за­кономерен для XIV в. Несмотря на существование империи и папства, а также их немалую роль в европейской политике, это столетие ознаменовалось кризисом универсализма средневекового мировосприятия в Европе, сопровождавшимся формированием национальных государств, языков и культур. Вместе с тем, с наибольшим успехом, оно совершалось в тех странах, где предшествовавшая история создала для того необходимые условия. Именно так дело обстояло в Чехии. Все это нашло непосредственное отражение в архитектуре, дизайне интерьера, скульптуре и живописи.

Прага. Вид на Карлов университет.

Прага. Вид на Карлов университет.

Характерно, что императорское правление Карла IV име­ло ярко выраженную национальную специфику. Оно было проникнуто посто­янной и искренней заботой о процветании чешского королевства, порой, даже, в ущерб общеимперским интересам. Примечательно и то, что в идеологии Карла IV постоянно подчеркивалась генеалогическая связь императора с его чешскими пржемысловскими предками. В реальной же политике Кар­ла IV, такие новации, как учреждение пражского архиепископства, основание пражского университета, да и само стремление к императорскому титулу и его завоевание были не чем иным, как реализацией по­пыток, безуспешно предпринимавшихся его предшественниками на чешском троне.

Государственная политика Карла IV явилась результатом внимательного изучения опыта предшественников. Он опирался на их достиже­ния, учитывал ошибки, осуществлял планы. Национальная ориентация политики Карла IV характеризует его как человека, понимавшего (или, по крайней мере, ощущавшего), что будущее принадлежит не универсальной империи, а национальным государствам. В то же время, постоянные обращения Карла IV и его придворных к чешскому прошлому, подчеркивание преемственной связи с ним, стремление опереться на него в государственной политике были возможны лишь потому, что Чехия действительно обладала славным прошлым.

Еще в ХIII в. Чехия стала могла претендовать (и претендовала) на главенствующую роль в империи. К середине XIV века престиж страны еще более возрос. Поэтому, почти исторически неизбежным представляется тот факт, что именно чешский король стал в это время императором.

Расцвет искусства во второй половине XIV — начале XV в. и последовавшее за этим гуситское движение стали, своего рода, итогом и кульминацией длительного процесса развития чешского государства. Поэтому, имеет смысл обратить внимание на некоторые черты истории страны ХIII — начала XIV в., помогающие понять закономерность и глубинность художественного расцвета, начавшегося в Чехии с середины XIV века.

Для внешней и внутренней политики чешских королей на протяжении предшествующего века было характерно неуклонное стремление к консолидации чешского государства. В значительной степени, такая политика была вынужденной. Она обеспечивала единственный способ противостоять посягательствам со стороны Священной Римской империи. Имея Чехию своим союзником, империя регулярно пробовала усилить ее зависимость от себя. Еще в XI-XII вв. чешские князья и короли всячески этому противились. Однако, у них не было выработано единой и последовательной стратегии. Действия предпринимались от случая к случаю, будучи каждый раз продиктованы конкретными обстоятельствами.

С начала XIII в. положение изменилось. К этому време­ни, Чехия достигла зрелости в развитии экономики и политики. Их характеризовали: расширение пахотных площадей, рост населе­ния, переход к денежной ренте, превращение поселений в города и возник­новение новых городов, а также развитие ремесел и торговли. К тому же, с ХIII в. началась интенсивная разработка серебряных рудни­ков. Доходы от них регулярно обогащали королевскую казну. Кроме того, владение рудниками, считавшимися наиболее богатыми в Европе, возвысило престиж Чехии среди соседних государств.

Успехи в экономическом и социальном развитии страны позволили чешским властителям вести себя более независимо и активно по отноше­нию к империи. В 1204 г. король Пржемысл Отакар I (1197-1230 гг.) попытал­ся отделить чешскую церковь от имперской, попросив у папы разрешения повысить пражское епископство в ранг архиепископства. Однако, в тот пе­риод, папа еще не настолько считался с чешским властителем, чтобы пойти навстречу его желаниям, и разрешения не дал. Пржемысл I имел и другой смелый план.

Первым из чешских королей, он попытался стяжать импера­торский титул. Эта попытка ему также не удалась. Но, все же, он сумел под­нять авторитет королевской власти, получив от императора Фридриха II в 1212 г. документ (так называемую «Золотую Сицилийскую буллу»), в которой узаконивалась наследственность власти чешских королей. Он добился от императора и официального признания границ Чехии. Стремясь узако­нить государственные права Чехии перед внешним миром, Пржемысл I, од­новременно, старался преодолеть раздробленность внутри страны. Ему удалось подчинить королевской власти ее постоянных и самых крупных противников – Моравского маркграфа и Оломоуцкого епископа, выступавших на протяжении XI-XII вв. самостоятельно во внешней и внут­ренней политике.

При преемнике Пржемысла I, Вацлаве I (1230-1253 гг.) необходимость кон­солидации чешского государства стала еще более настоятельной, так как возникла новая внешняя угроза — татарского нашествия. Лишь благодаря всенародному отпору чехов, она была предотвращена. В 1241 г. в Моравии татары были разбиты чешским и австрийским войсками, ушли в Венгрию и больше на территории Чехии не появлялись. Это победа продемонстрировала силу чеш­ского государства и, в то же время, стимулировала его дальнейшее развитие.

Читайте также:

ПОДПИШИТЕСЬ НА ОБНОВЛЕНИЯ ПО E-MAIL:




БЛАГОДАРИМ ЗА ДОБАВЛЕННУЮ ЗАКЛАДКУ: