03.12.2016

Дунайская школа живописи. Картины художников

Идеи, связанные с взаимоотношением человека и природы, издавна служили стимулом к раз­витию научной мысли. В европей­ской культуре XV — XVI веков изу­чение окружающего мира усилива­ло интерес к астрономии, магии, натурфилософии и алхимии. С эти­ми областями было тесно связано и становление жанра европейского пейзажа. Искусство той поры все чаще ис­пользовало непосредственное наблю­дение. Человек в XV — XVI веках учился воспринимать природу как источник прекрасного, тонко ощу­щая ее совершенство.

Согласно получившим распространение представлениям, все в окружающей человека среде было взаимосвязано, везде присутствовало божественное на­чало, а с мирозданием отождествлялся и сам Творец. Новая для европейского сознания фило­софия получила название пантеиз­м. Таким был один из идейных признаков времени, получившего в дальнейшем называние эпоха Возрожде­ния. Наиболее ярко интерес к окружающему миру проявился в искусстве стран, расположенных к северу от Альп. Интерес к природе приобретал все большее значение в картинах немецких и нидерланд­ских художников.

В средние века, ландшафту, как правило, отводилась подчиненная роль, так как полным духовного смысла считал­ся образ божества или свя­того. Река, скала или растение изображались в условной, стили­зованной форме, выбор пейзажных мотивов определялся символичес­кими представлениями. Береза означала очищение, чертополох — угрозу, а, например, гроздья вино­града — намек на таинство евхаристии (христианский обряд причастия).

Готическое сознание еще долгое время находило отражение в картинах художников Северной Европы. Вместе с тем, под влиянием ренессансных идей, немецкие и нидерландские мастера начали представлять детали ландшаф­та более реалистично. Этому способствовало и овладение умением передачи трехмерного простран­ства, также привнесенным эпохой Возрождения. Художник и зритель относились к пейзажу как к чему-то живому и одухотворенному. Вероятно по этой причине, жиз­ненная сила, передаваемая в картинах художников, переполняла изобра­жения набегающих волн и ска­листых круч, птиц, цветов и де­ревьев.

В начале XVI века впервые появляется понятие «пейзажист». Одним из первых его употребляет в своем дневнике Альбрехт Дюрер по отношению к нидерландскому художнику Иоа­химу Патиниру. Самого Дюрера также можно считать одним из родоначальников пейзажного жанра, представлявшего изображения, лишенные че­ловеческих фигур. Акварели мастера, созданные в послед­нем десятилетии XV века, отра­жающие его впечатле­ния от первой поездки в Италию, привлекают внимание подробным изображением многих городов. Особенный интерес представляют акварели: «Вид Триента», «Вид Нюрнберга», «Вид Инсбрука».

Следующий шаг в развитии пейзажа сде­лали художники так называемой «Дунайской школы». В долине Ду­ная, на отрезке между Пассау и Веной, работали живописцы и гра­фики, выработавшие еди­ный подход к изображению при­роды. Его особенностью было особое сияние красок, при воспроизведении атмосферных эффектов. С идейной стороны, все это представляло художествен­ное воплощение философии пантеизма.

 «Отдых на пути в Египет». А. Альтдорфер. Масло. 1510 г. Западный Берлин, картинная галерея Берлин-Далем. 57 x 38 см.

«Отдых на пути в Египет». А. Альтдорфер. Масло. 1510 г. Западный Берлин, картинная галерея Берлин-Далем. 57 x 38 см.

У истоков Дунайской школы стоял молодой Лукас Кранах. Именно ему впервые удалось вы­разить чувство внутреннего единства человека и окружающей сре­ды. В картине «Покаяние святого Иеронима» (1502 г.) скалы на пе­реднем плане трактованы не менее детально, чем центральная фигура святого. Их силуэты так же значительны, как даль, небо у горизонта, на фоне которого выразительно представлена темная зелень де­ревьев. Написанная годом позже картина художника «Отдых на пути в Египет» развивает тему близости природы и человека. Здесь господствуют спокой­ствие, ясность и глубокое лири­ческое чувство. Эпизод христи­анской истории представлен со­бытием человеческой жизни, почти лишенным мистического на­чала. Непринужденно размещены на переднем плане трава, камни, человеческие фигуры. Вдаль ухо­дят пригорки с кустарником и березой, спокойная поза Иосифа находит отклик в силуэте могу­чей старой ели с раскидистыми лапами.

Идею природного единства раз­рабатывали и философы XVI века. В их учении получили дальнейшее развитие понятие микрокосм, то есть малый мир, и макрокосм — необъятный мир, вселенная. По мысли величайшего из немецких натурфилософов Парацельса, человек представляет собой часть природы, микрокосм в макрокос­ме, все предметы взаимосвязаны, порождают друг друга. Парацельс был странствующим врачом. Он объездил почти всю Европу, при­нимал участие в Крестьянской войне. Изучая медицину, химию, бота­нику, сделав предметом наблюде­ний духовную жизнь человека, философ пришел к выводу, по­разившему его самого: дух, если он вообще существует, должен быть материальным. Идея отраже­ния макрокосма в микрокосме вдохновляла как труды натурфилософов, так и живопись Кранаха.

«Легенда о св. Флориане: Казнь». А. Альтдорфер. Масло. 1516 — 1518 гг. Флоренция, Уффици. 81 x 67 см.

«Легенда о св. Флориане: Казнь». А. Альтдорфер. Масло. 1516 — 1518 гг. Флоренция, Уффици. 81 x 67 см.

Богатство и разнообразие окру­жающего мира влекли к себе художников Дунайской школы. Альбрехту Альтдорферу принадлежит небольшая картина «Лесной пейзаж со св. Георгием». Масштабы ландшафта в картине художника поистине грандиозны. Под высокими деревьями теряются маленькие фигурки вои­на и дракона. Главный «герой» картины — могучий буковый лес. Следует отметить, что бук символизировал тепло, здоровье, радость, и таким же настроением отзывается и коло­рит картины. В картинах Альтдорфера все предметы кажутся сотканными из ярко окрашен­ных сгустков воздуха, перетекаю­щих друг в друга. Такая трактов­ка вызывает в памяти толкования алхимиков той эпохи, согласно ко­торым все элементы мироздания способны превращаться друг в Друга.

Вершиной творчества мастера стала картина «Битва Александра Македонского с Дарием». Толпы сражающихся, церкви и замки, горы, реки и моря на картине уходят в бесконечность. Линия горизонта стремится в необозримую даль. Худож­ник как будто стремится охватить взглядом всю Вселенную, создать космичес­кую панораму. Макрокосм оду­хотворен, все находится в не­прерывном движении, свет словно перетекает от одного участка кар­тины к другому.

«Дунайский пейзаж близ Регенсбурга». А. Альтдорфер. Масло. 1526 — 1528 гг. Мюнхен, Старая Пинакотека. 30 x 22 см.

«Дунайский пейзаж близ Регенсбурга». А. Альтдорфер. Масло. 1526 — 1528 гг. Мюнхен, Старая Пинакотека. 30 x 22 см.

Альтдорфер — первым из евро­пейских художников создал в технике масляной живописи пей­заж без единой человеческой фи­гуры. Небольшая картина художника «Дунай­ский пейзаж близ Регенсбурга» представляет собой пасторальную долину, вид на которую обрамлен двумя могучими деревьями перед­него плана. Пейзажными мотивами напол­нены многие рисунки художника. Его гравю­ры и офорты оказали большое влияние на других масте­ров Дунайской школы.

Исключи­тельное место занимает пейзажная графика в творчестве Вольфа Гу­бера. Ему, как и старшему собра­ту, свойственно космическое виде­ние природы. Весьма примечательны выполненные с натуры разнообраз­ные ландшафты, ради которых он специально путешествовал по территории Австрии. В рисунках и аква­релях мастера проникнуты тем же чувством, что и слова его знаменитого сов­ременника — итальянского фило­софа и медика Кардано, писав­шего «о единой материи, откуда получается такое разнообразие и такая красота природы». Впос­ледствии, художник пришел к типу величественного пейзажа, поражающего необъятностью прос­транства и интенсивностью цвета. Такова его акварель «Предальпийский пейзаж». Программ­ная вещь художника — рисунок 1552 года, где напряженные ли­нии и формы ландшафта, упо­добленные волнам, усиливают общее мистическое настроение.

Рядом с мастерами Дунайской школы следует упомянуть ряд швейцарских художников, черпавших вдохновение в могучей природной энергии. В первую очередь, это: Урс Граф, Никлаус Мануэль Дейч и Ханс Лей Младший. Их работам свойственны наблюдательность и особая остро­та восприятия. От немецких мас­теров художники переняли стремление к необычности и богатство фантазии. Романтической атмосферой проникнуты многие произведения Ганса Лея. Его рисунок «Горный пейзаж с озером» несет не­которые черты стиля Дюрера и Вольфа Губера, сохраняя, при этом, свою оригинальность.

«Орфей и животные». Х. Лей Младший. Масло. 1519 г. Баль, Художественный музей. 58 x 51 см.

«Орфей и животные». Х. Лей Младший. Масло. 1519 г. Баль, Художественный музей. 58 x 51 см.

Представляет интерес картина Х. Лея «Ор­фей и животные». В ней проявля­ется типичное для Северного Воз­рождения отношение к античной теме. Герой греческого мифа преображается художником в средневекового менестреля, которого зачарован­но слушают сбежавшиеся на звуки виолы животные: мед­ведь, олень и заяц. По во­ле автора, краски окру­жающего мира преображаются, всюду господствует коричневый цвет, трактованный с мно­жеством различных оттенков. Таинственное настроение уси­ливает темное небо с нависшими облаками. И только, бегу­щая по стволу дерева белка, выглядит ярким пятном, диссонирующим с общей тональ­ностью картины.

«Усекновение главы Иоанна Крестителя». Н. Дейч. Масло. Около 1520 г. Баль, Художественный музей. 32,5 x 26 см.

«Усекновение главы Иоанна Крестителя». Н. Дейч. Масло. Около 1520 г. Баль, Художественный музей. 32,5 x 26 см.

У. Графу и Н. Дейчу свойствен­но стремление к передаче глубины простран­ства. Земное начало у художников часто сочеталось с фантасти­ческим. Редкой экспрессией отличается пейзаж в картине «Усекновении главы Иоанна Крестителя» Н. Дейча. Сияние све­та, идущего от радуги, от огром­ной яркой звезды, придает мистический характер всему ландшафту. Характерный для Герма­нии и Швейцарии пейзаж с де­ревьями и замком обретает космический оттенок. Столь же не­обычен вид острова в рисунке пе­ром Дейча, где причудливые гео­логические образования, на кото­рых представлены фортификационные укрепления, растворяются в водяной и небесной глади.

Немецкой пейзажной графике, как и всему искусству Северного Возрождения, свойствен, по выра­жению известного ученого Э. Панофского, взгляд на мир одновре­менно как бы «в телескоп и в мик­роскоп». Рисунок У. Графа, выпол­ненный в 1514 году, показывает город, стоящий у озера. Зритель видит его издалека, но может раз­личить мельчайшие подробности архитектурной планировки. Слу­чайный, казалось бы, штрих пера и плоскость листа, обозначающая небо и воду, воспринимаются зри­телем с особой отчетливостью. Горы и озера, характерные для ланд­шафта Швейцарии (родины художника) слу­жили постоянным источником вдохновения для У. Графа и Н. Дейча.

Художественное осмысление ми­ра природы стало одним из наиболее важных достижений немецкого Возрождения. К концу XVI века, в силу ряда причин, искусство живописи в Германии приходит в упадок. Лишь в XIX столетии, творчество художников – романтиков позволит вновь вернуть его на уровень лучших европейских образцов. По словам одного из известных представителей немецкого роман­тизма – Людвига Иоахима фон Арнима: «Искусство должно возродиться там, где Кранах и Дюрер сложили свои кисти».

В произ­ведениях К. Д. Фридриха и Ф. О. Рунге вновь ощутимо внутреннее восхищение природой, несущей религиозно — мистический замысел Творца. Все это заставляет лишний раз вспомнить художественные традиции работ Дюрера, Кранаха, Губера, Альтдорфера и других выдающихся представителей Дунайской школы живописи.

При подготовке публикации были использованы материалы статьи А. Донина «Дунайская школа».

Читайте также:

ПОДПИШИТЕСЬ НА ОБНОВЛЕНИЯ ПО E-MAIL:




БЛАГОДАРИМ ЗА ДОБАВЛЕННУЮ ЗАКЛАДКУ: