17.08.2017

Старинные гравюры Венеции XVIII века. Часть 4

В 1665 году в свет вышла серия гравюр Джованни Баттисты Фальды с титулом «II nuovo teatro delle fabbriche et edificii in prospettiva di Roma moderna» («Новое зре­лище памятников и зданий современного Рима»), посвященная вновь отстроенному городу и являвшаяся своего рода панегириком новой эпохе. Принципиальным новшествам в ней было то, что, представленные на каждой гравюре знаменитая церковь или палаццо вписывались в контекст современной городской жизни. Фальда отошел от схематизма архитектурного чертежа, от свободной импровизации на архитектурную тему.

«Скуола дель Спирито Санто». Л. Карлеварис. Офорт 182 x 290 мм.

«Скуола дель Спирито Санто». Л. Карлеварис. Офорт 182 x 290 мм.

Именно издание Фальды послужило стимулом к созданию в 1703 г. серии гравюр под назанием «Здания и виды Венеции» Луки Карлевариса (1665-1731 гг.), с которой принято связывать рождение венецианской гравированной ведуты. Карлеварис был первым, кто начал писать и гравировать виды Венеции. Его живописные работы имеют аналоги в римской живописи. Во многом, они напоминают произведения Гаспара ван Виттеля, голландского художника конца XVII — начала XVIII века, большая часть жизни которого прошла в Риме. Ван Виттель создал серию римских видов, которую можно считать чистыми ведутами. Также, во время поездки в Венецию, мастер исполнил несколько панорам залива Сан Марко, оказавших большое влияние на венеци­анскую живопись, и, в первую очередь, на Карлевариса.

Как и у римских мастеров ведуты, XVII века, в композициях Карлевариса (также посвященных какому-нибудь одному сооружению и несколько напоминающих архитектурные штудии) очевидна тенденция к фронтальности изображения. При созданий своих серий, и Фальда, и Карлеварис руководствовались практическими соображениями. Их издания заменяли собой путеводители и памятные альбомы.  Этим объясняется некото­рая сухость и монотонность офортов обоих граверов. Они точно воспроизводили здания, буквально следуя тексту под изображением: «Церковь Сайта Мария делла Салюте»» «Другой вид церкви»» «Церковь Сан Джорджо Маджоре» и т.д.

Однако, при сравнении произведений Фальды и Карлевариса становится очевидна разница между римской и венецианской школами. Как ни близки офорты Карлевариса римским ведутам XVII века, Венеция дик­товала художнику особый стиль. В его произведениях, помимо воли автора, переданы неуловимые колебания воздуха, делающие линии менее четкими и ровными, более нервными и текучими. Несмотря на старание Карлевариса, придать своей серии строгую определенность, свойственную римским образцам, воздух Венеции (вечно струящаяся стихия воды, полная отблесков отражений солнца, неожиданные по­вороты каналов, изгибы мостов и арок) и сама атмосфера города тре­бовали от художника большей подвижности и свободы, чем ясно очерченные перспективы Рима.

В гравюрах Карлевариса большую роль играет вода (способствующая тому, что реальный город предстает перед зрителем повторенным в зерка­ле каналов), придающая реальности оттенок причудливой игры, неустой­чивости, столь свойственных венецианскому восприятию. Это сказы­вается и на манере гравера: его штрихи неровны и часто создают впечатление прихотливой случайности, предвосхищая «Каприччи» Каналетто.

Вдохновленный успехом Карлевариса, издатель Доменико Ловиза в 1715 г. подготовил к изданию похожий альбом, посвященный Вене­ции. В 1717 году выходит в свет новый том гравюр «II Gran Teatro di Venezia» («Большая панорама Венеции»). В отличие от «Le fabbriche…» Карлевариса, он стал результатом работы многих граверов: Джузеппе Валериани, Филиппо Васкони, Карло и Андреа Цукки, а также нескольких мастеров, оставшихся анонимными. Несмотря на автор­ские различия, издание обладает определенным стилистическим един­ством. Предполагалось, что оно будет официальным заказом, профинансированным властями. В письмах к Вене­цианскому Сенату, Ловиза всячески рекламирует свое издание, ко­торое должно было служить пропагандой величия республики и кра­соты города.

Несмотря на то, что полной правительственной поддержки Ловиза не получил, на серии старинных гравюр лежит отпечаток официозности. Ве­неция в «II Gran Teatro…» намного схематичнее Венеции Карлевари­СА (который кажется импрессионистом в сравнении с граверами, ра­ботавшими для Ловизы). В то же время, именно в последнем собрании гравюр больше всего чувствуется интерес к жанровым сценкам, представленным здесь в большом изобилии. Внимание к окружающей жиз­ни, несколько грубоватым проявлениям нравов (не слишком ха­рактерное для венецианской ведуты) выдает зависимость художников «II Gran Teatro…» от влияния римской бамбоччаты.

Читайте также:

ПОДПИШИТЕСЬ НА ОБНОВЛЕНИЯ ПО E-MAIL:




БЛАГОДАРИМ ЗА ДОБАВЛЕННУЮ ЗАКЛАДКУ: