18.11.2017

Старинные гравюры Венеции XVIII века. Часть 5

Использование камеры-обскуры — особый вопрос в истории вене­цианской веду ты. Этот аппарат, изобретенный в XVI веке, представлял собой темный ящик с маленьким отверстием, через которое проникали лучи света, отражавшиеся в зеркале на крышке. Благодаря оптическому преломлению, лучи создавали на задней стенке отражение пейзажа, видимого через отверстие-оконце. В XVIII веке этот прибор вошел в моду, им увлекались и художники, и любители. На одном из пейза­жей Джанфранческо Косты в серии «Виды Бренты и ее окрестнос­тей» изображена подобная камера.

Палаццо Мочениго. Лука Карлеварис. Офорт 182 x 290 см.

Палаццо Мочениго. Лука Карлеварис. Офорт 182 x 290 см.

В литературе, посвященной венецианской ведуте, подчеркивается частое использование камеры-обскуры, что, вместе с тем, не вполне соответствует действительности. К этому аппарату часто обращались мастера-топографы. Для таких художников, как Каналетто или Мариески, камера-обскура была лишь второстепенным, вспомогательным средством. В перспективах «Il Gran Teatro…» при­менение камеры-обскуры довольно ощутимо, недаром они были близки к, так называемой, народной гравюре «stampe popolare».

Один из граверов, работавший для Ловизы, Джузеппе Валериани, впоследствии, по приглашению императрицы Елизаветы Петровны уехал в Россию, где ввел употребление камеры-обскуры для создания петербургских панорам. Под руководством Валериани работал Миха­ил Махаев, в творчестве которого прослеживается связь с венециан­ской ведутой начала XVIII столетия.

Серии Луки Карлевариса и Ловизы, как бы ни был различен их уровень, родственны распространенному типу старинных гравюр, выходивших в виде альбо­мов в конце XVII — начала XVIII века и предназначенных стимулировать интерес к путешествиям. Подобные издания выходили в то время в Голландии, Франции и Англии. Принципиально другим явля­лось издание 1737 года «Prospectus Magni Canalis Veneziarum…» («Вид Большого Канала Венеции…») с гравюрами Антонио Визентини, выполненными по кар­тинам Каналетто.

Новизна серии Визентини состояла в том, что, включен­ные в нее гравюры, были посвящены не столько прославлению красот Венеции, сколько картинам Каналетто, представляющим Венецию. В них, был представлен не столько сам город, сколько его интерпретация художником – не Венеция, а Венеция Каналетто. Этот замысел был определен другом и покровителем Каналетто Джозефом Смитом, состоя­тельным англичанином, поселившимся в Венеции и проведшим там большую часть жизни. В 1742 году Смит получил звание консула, т.е. представителя Британского королевства в Венецианской респуб­лике. Он познакомился с Каналетто в конце 20-х годов, став его неизменным поклонником.

Смит собрал большую коллекцию картин и рисунков Каналетто, через него художник получал заказы от дру­гих любителей живописи. Связь со Смитом определила успех картин художника в Англии. Согласно распространенному мнению, Джозеф Смит был, своего рода, дилером Каналетто, а издание «Prospectus Magni…» было рекламой картин, находящихся у Смита. Это мнение справедливо лишь отчасти, поскольку далеко не только соображе­ния выгоды стимулировали Смита стать инициатором и спонсором указанного издания.

Читайте также:

ПОДПИШИТЕСЬ НА ОБНОВЛЕНИЯ ПО E-MAIL:




БЛАГОДАРИМ ЗА ДОБАВЛЕННУЮ ЗАКЛАДКУ: