07.12.2016

Картины художников. Объединение «Мир Искусства». Часть 4

Картины художников объединения «Мир Искусства» отдавали предпочтение графике. Их авторы не пренебрегали и живописью, но именно «графический след» просматривается в художественных произведениях почти всех членов группы (исключая Сомова) в первую очередь. Находясь под обаянием традиций классицизма, красоты Версаля или дворянских усадеб XVIII — начала XIX века, художники предпочитали грезу, сквозь призму которой воспринималась действительность или история. Подобная греза отвергала реальность. Воображение создавало иное художественное пространство, в котором доминировали рокайльные или классицистические мотивы.

Эстетика «Мира искусства» была противоположна грубой социальной ориентации передвижников. Члены объединения казались аристократами в белых перчатках, брезгливо отворачивающимися от нищеты деревни, запаха скотных дворов и бездорожья. Однако, обвинять их в излишне аристократических пристрастиях нельзя. Ведь, каждый творец выбирает для себя ту эстетику, которая, в наибольшей степени, соответствует его внутренней потребности.

В эстетике творчества художников объединения доминировали: художественная преемственность и идеализация быта. Вопросы нравственности, философии и познания казались в то время второстепенными по значимости. Однако, подобное сужение творческих задач неизбежно сокращало и степень интереса к интерпретации работ.

"Зимний пейзаж". М. Добужинский. 1914 г.

«Зимний пейзаж». М. Добужинский. 1914 г.

«Мир искусства», в лице своих главных представителей (Бенуа и Сомова), подобно европейским художникам, предпочитал систему символов, вскоре утвердившуюся в творчестве мастеров «Голубой розы» и сходных течений. Вместе с тем, последующие художественные поиски уже, отчасти, разделяли критический взгляд передвижников, но, выражались в иной стилистике. Об этом можно судить по интерпретации города в произведениях Добужинского или по иллюстрациям Бенуа к «Медному всаднику». В целом, художников не удовлетворяла социальная реальность, на которой они, в то же время, старались не сосредотачивать внимание.

Расхождения идеологии участников объединения с русским искусством XIX века пролегало в вопросах необходимости выявления сущности жизненных явлений (в особенности — духовной жизни). В области формы, представители «Мира Искусства» делали нерешительную попытку преодолеть подобие натуре. Близкий эстетике союза (и, особенно, возникшей чуть позднее, «Голубой розе») художник Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов (1870 -1905) еще решительней освободился от натурного подобия, создав особого рода утонченную живопись декоративного плана, способную тонко отражать движения души и эмоций человека. Натурная зависимость живописи еще видна в картине художника «Весна» (1898-1901). Но, при свежести цветового решения, в ней уже заметен аппликационный подход к изображению.

В других работах Борисова-Мусатова («Куст орешника» 1905 г. и «Осенняя песня» 1905 г.) возрастает роль декоративного воплощения пейзажной идеи. Сам пейзаж, как бы, размывается, оставаясь эмоциональным напевом. За счет этого, усиливается «аппликационность» рисунка, истончаются физические очертания природы, видимые будто через кисею, смазывающую краски. В результате, изображение обретает черты музыкального повествования. «Музыка» картин художника организуется ритмом рисунка и мелодичностью растворенного цвета. По этой причине, пейзаж утрачивает характер места действия. Он становится не столько изображение природы (что характеризует пейзажный жанр), сколько выражением духовно-эмоционального состояния художника.

Теплая цветовая гамма, цветовые наплывы и текучие очертания в «Осенней песне» еще более способствуют лирическому настроению. Здесь, песенное начало красочных переливов и едва намеченных ритмов олицетворяют пейзажную гармонию. Пейзаж, как изображение, подменяется цветовой мелодией на тему пейзажа.

Этому явлению известны аналогии и в мире музыки. На рубеже веков, многие композиторы обратилась к пейзажным картинам художников. Их сочиняли и Модест Мусоргский («Рассвет на Москва-реке») и Николай Римский-Корсаков, и Сергей Рахманииов («Идет, гудет зеленый шум»). Пейзажная живопись совершила встречное движение, что нашло отражение в работах Борисова-Мусатова, Аркадия Рылова (Запеный шум) и ряда других.

Известные сюжетные аналогии существовали и в литературе второй половины XIX века. Общность сюжета прослеживается в произведениях Ивана Тургенева и Василия Перова, Тургенева и Василия Поленова, Николая Некрасова и Константина Савицкого, Некрасова и Василия Максимова. В работах художников — пейзажистов она располагалась в плоскости созвучного художественного мышления. Таким образом, поэтичность восприятия сближала лирическое звучание музыки, живописи и литературы.

Читайте также:

ПОДПИШИТЕСЬ НА ОБНОВЛЕНИЯ ПО E-MAIL:




БЛАГОДАРИМ ЗА ДОБАВЛЕННУЮ ЗАКЛАДКУ: